Trump Always Chickens Out

Trump Always Chickens Out (TACO; букв. «Трамп всегда пасует») — термин, приобретший широкую известность в мае 2025 года на фоне многочисленных угроз и отступлений в ходе торговой войны, которую президент США Дональд Трамп инициировал введением тарифов «День освобождения»^{[англ.][1]}. К 2026 году термин также стал применяться для характеристики ряда внешнеполитических решений Трампа — в частности, угроз, которые он так и не реализовал в отношении Гренландии, Китая и Ирана. Аббревиатура описывает склонность Трампа выдвигать тарифные угрозы, а затем откладывать их выполнение — с целью выиграть время для переговоров и восстановления рынков^[1][2]. Термин зародился на Уолл-стрит. Так называемая «стратегия TACO» предполагает покупку акций по сниженным ценам после объявления о тарифах, обваливающих котировки, с последующей продажей с прибылью после отсрочки или снижения тарифов и восстановления рынка. В 2026 году термин широко применялся для описания отказа Трампа от угроз аннексии Гренландии^[3][4].

Склонность Трампа менять свои политические позиции отмечалась ещё со времён его первой президентской кампании^[5]. До появления аббревиатуры TACO наблюдатели прибегали к таким выражениям, как «backtrack»^[6] и «flip-flop»^[7][8][9]. На Уолл-стрит это явление окрестили «путом Трампа»: в период первого президентского срока он был склонен пересматривать принятые решения при негативной реакции рынков^[10][11].

Эта тенденция продолжала фиксироваться как в преддверии второго президентства Трампа, так и в ходе него;^[12][13][14] при этом комментаторы указывали на конкретные проявления в сферах торговли^{[15][16][17][18]}, иммиграции^[19][20] и международных отношений^[21].

Термин TACO trade впервые употребил журналист Financial Times Роберт Армстронг в авторской колонке от 2 мая 2025 года, посвящённой тарифам и их влиянию на американские рынки^[22]. В этой публикации, входившей в серию колонок «Unhedged», Армстронг отметил, что рынки приходят к пониманию того, что «у администрации США невысокий порог терпимости к давлению рынков и экономики и она готова быстро отступить, когда тарифы начинают причинять боль». Армстронг назвал это «теорией TACO» (Trump Always Chickens Out — букв. «Трамп всегда пасует»)^[23][24].

Кэти Мартин из Financial Times выделила три случая проявления «фактора TACO», когда Трамп пересматривал решение в ответ на реакцию рынков: введение высоких тарифов «День освобождения»^[англ.] и их приостановка неделю спустя; требование об отставке председателя Федеральной резервной системы Джерома Пауэлла, от которого Трамп впоследствии дистанцировался; а также обязательство США снизить тарифы в отношении Китая в ходе торговых переговоров в мае^[25]. Ещё одним примером стало решение Трампа отложить введение предложенных 50-процентных пошлин на импорт из ЕС до 9 июля, что впоследствии вызвало подъём на европейских рынках^[26][27].

Журналистка NBC News Шеннон Петтипис перечислила десять случаев, когда Трамп после вступления в должность «угрожал введением тарифов, а затем отступал», и выразила мнение, что угроз было «значительно больше», чем реально введённых тарифов^[28].

11 июня 2025 года Трамп опубликовал в Truth Social сообщение о достижении соглашения в торговой войне США с Китаем^[29]. Как отметило ABC News, официальный представитель Китая назвал достигнутое соглашение «рамочным», направленным на закрепление договорённостей мая, а сами переговоры охарактеризовал как «первую встречу». Министр торговли Говард Латник назвал соглашение «рукопожатием в рамках предварительной договорённости»^[30]. Редакция The Wall Street Journal выступила с критикой соглашения, охарактеризовав его как «перемирие в пользу Китая», которое фактически «возвращает торговые отношения к состоянию, существовавшему несколько месяцев назад, до начала взаимной тарифной эскалации»^[31][32]. Обозреватель The Washington Post Фарид Закария увидел в расплывчатой торговой сделке проявление «TACO» — за одним исключением: американцы «по-прежнему будут уплачивать 55-процентную пошлину на товары из Китая (тогда как Китай установил 10-процентную пошлину на американские товары)»^[33]. 8 июля 2025 года Трамп вновь объявил об отсрочке введения тарифов в отношении 14 стран, перенеся крайний срок переговоров с 9 июля на 1 августа^[34]. По данным Bloomberg, Трамп смягчил жёсткую риторику в отношении Китая, стремясь обеспечить проведение саммита с генеральным секретарём ЦК КПК Си Цзиньпином и заключение торгового соглашения между США и Китаем^[35].

Обозреватель Financial Times Гидеон Рахман отмечал, что «Трамп всегда пасует и во внешней политике», ссылаясь на исследование Джереми Шапиро из Европейского совета по международным отношениям, согласно которому Трамп угрожал применением силы в отношении иностранных противников 22 раза (по состоянию на начало 2025 года), однако фактически прибегнул к ней лишь в двух случаях^[36]. Так, в ходе первого президентского срока Трамп пригрозил Северной Корее «огнём и яростью», а также заявил о готовности стереть Афганистан «с лица земли» за 10 дней; ни одна из этих угроз не была реализована — вместо этого Трамп провёл безрезультатные переговоры с Северной Кореей по её ядерной программе и заключил соглашение о выводе американских войск из Афганистана, не добившись от талибов сколько-нибудь значимых уступок взамен^[36].

После протестов в Иране 2026 года Трамп пригрозил иранскому руководству военным вмешательством^[37], которое так и не последовало. Комментаторы использовали аббревиатуру TACO для характеристики действий Трампа^[38].

Термин широко применялся для описания отказа Трампа от угроз аннексии Гренландии^[3][4][39].

В ходе глобальной торговой войны, развязанной Трампом, по аналогии с TACO возник производный термин «EACO» (Europe Always Chickens Out — букв. «Европа всегда пасует»)^[40][41], применяемый к Европейскому союзу в контексте торговых переговоров с США. Действия ЕС были расценены критиками как политика умиротворения: вместо применения так называемых «механизмов противодействия принуждению» в ответ на тарифы Трампа Евросоюз предпочёл вступить в переговоры с США на условиях уже введённых пошлин. Подобная уступчивость ЕС была обусловлена опасениями, что Трамп может отказаться от обязательств по военной защите Европы, в особенности в контексте российско-украинской войны. Вследствие этого Евросоюз неоднократно переносил сроки введения ответных пошлин на отдельные категории товаров из США^[42][43][41].

Аналитики указывали на способность США использовать зависимость ЕС от них, обусловленную в том числе внутренними разногласиями в Евросоюзе и отсутствием у него единой стратегии^[40]. При этом ранее официальные лица ЕС отвергали введение 10-процентных пошлин на европейские товары, поставляемые в США. Тем не менее впоследствии Евросоюз пошёл на торговую сделку, по условиям которой большая часть его экспорта в США облагалась 15-процентными тарифами при полном отсутствии пошлин на американские товары. По мнению критиков, ЕС под руководством председателя Европейской комиссии Урсулы фон дер Ляйен фактически капитулировал перед США. Так, обозреватель Irish Examiner Джон О’Брайен полагал, что Евросоюз проявил слабость, не пожелав пойти на краткосрочные потери ради долгосрочных выгод^[43][44]. Обозреватель Bloomberg News Лайонел Лоран охарактеризовал неравноправное торговое соглашение как угрозу и без того слабому экономическому росту ЕС и заметил: «Возможно, пасует не всегда именно Трамп»^[45].

28 мая 2025 года, во время церемонии приведения к присяге исполняющего обязанности генерального прокурора, корреспондент CNBC Меган Кассела спросила Дональда Трампа о его отношении к данному термину. Трамп отверг подобную характеристику, заявив: «Это называется переговоры». Вопрос журналистки он назвал «гадким» и добавил: «У меня обычно противоположная проблема — говорят, что я слишком жёсткий»^[22][46]. По данным CNN, Трамп ранее не слышал этого термина и первоначально решил, что Кассела называет его трусом^[47].

Лоуренс О’Доннелл указал на политические решения и действия Трампа, которые, по его мнению, будут отменены судами, однако которые в сочетании с уже совершёнными Трампом отступлениями характеризуют его как неэффективного президента: всё шире распространяется понимание того, что он готов отступить, — что и породило аббревиатуру TACO, — тогда как тарифная война продолжает наносить ущерб американскому бизнесу^[48]. Газета The New York Times привела мнения аналитиков Саломона Фидлера (Berenberg Bank), Пола Донована (UBS Wealth Management) и Криса Бошана (IG Group), отметивших, что тарифные угрозы Трампа оказываются непродолжительными^[26].

28 мая 2025 года Суд по международной торговле США^[англ.] вынес решение о том, что Трамп превысил полномочия, предусмотренные Законом о международных чрезвычайных экономических полномочиях (IEEPA), и отменил все установленные на его основании тарифы. Губернатор Калифорнии Гэвин Ньюсом, комментируя решение суда, заявил: «Сегодня идёт дождь из тако»^[49][50]. Агентство Reuters опубликовало материал об аббревиатурах, распространившихся среди инвесторов за четыре месяца второго президентского срока Трампа: YOLO, TACO, MEGA, MAGA (Make America Go Away — букв. «Пусть Америка уйдёт») и FAFO. Представитель Белого дома Куш Десаи в ответ на запрос о комментарии написал по электронной почте: «Эти дурацкие аббревиатуры демонстрируют, как несерьёзные аналитики неизменно выставляли себя посмешищем, насмехаясь над президентом Трампом и его повесткой, которая уже принесла множество превзошедших ожидания отчётов о занятости и инфляции, триллионы инвестиционных обязательств, историческое торговое соглашение с Великобританией и рост потребительского доверия»^[51].

В интервью Николь Уоллес на канале MSNBC 30 мая экономист Джастин Вулферс предложил дополнительные аббревиатуры, характеризующие действия Трампа и обыгрывающие названия блюд мексиканской кухни: Burrito — «Blatantly Unconstitutional Rewriting of the Rules of International Trade, Obviously» (букв. «Вопиюще неконституционное переписывание правил международной торговли, очевидно»). По его словам, адекватным ответом стало бы обращение к принципу Churro — «Courts Have Ultimate Responsibility to Restore Order» (букв. «Суды несут высшую ответственность за восстановление порядка»)^[52].

Дэвид Грэм в статье для The Atlantic напомнил о собственном анализе 2018 года, в котором описал «склонность Трампа практически всегда отступать» в вопросах международной политики в ходе его первого президентского срока. По мнению Грэма, на Уолл-стрит лишь «начинают это осознавать», а тот факт, что Трамп теперь знает о термине TACO trade, может побудить его принимать ошибочные решения и упорствовать в них, провоцируя обвал рынков^[53]. В интервью агентству Reuters, данном в контексте объявления Трампа от 30 мая о повышении тарифов на сталь и алюминий, Йоахим Клемент, руководитель стратегического направления инвестиционного банка Panmure Liberum, заявил: «Мы полагаем, что, к сожалению, по мере того как так называемая стратегия TACO trade получает всё более широкое распространение, возрастает вероятность того, что Трамп сохранит повышенные тарифы — лишь для того, чтобы доказать свою правоту»^[54][55].

3 июня 2025 года, во вторник, Национальный комитет Демократической партии установил арендованный фургон для продажи тако, оформленный изображениями Трампа в костюме курицы, у штаб-квартиры Национального комитета Республиканской партии и раздавал бесплатные тако прохожим. Акция была организована с целью привлечь внимание к тарифной политике Трампа, которую демократы охарактеризовали как «игру с благополучием работающих семей»^[56][57]. Вице-президент Джей Ди Вэнс назвал действия оппозиции «жалкими». В ответ Национальный комитет Демократической партии назвал его «самым нелепым вице-президентом в американской истории» и заявил, что закон One Big Beautiful Bill Act, вероятно, «лишит людей еды»^[58].

Зишан Алим в материале для MSNBC критически оценил использование демократами аббревиатуры TACO как политического лозунга. По мнению Алима, термин неточен: по состоянию на июнь 2025 года Трамп продолжал применять как базовые, так и специальные тарифы. Кроме того, Алим указывал на нецелесообразность подобной риторики: «Зачем демократам провоцировать Трампа на реализацию его наиболее радикальных тарифных угроз?» В статье цитировался и сам Роберт Армстронг, который прокомментировал последствия своего изобретения: «Скажем прямо: пасовать — это хорошо, и это повод для радости. Отказ от плохой политики — ура». Наконец, Алим отметил противоречие в позиции демократов: если Трамп позиционируется ими как угроза демократии, то «несколько странно одновременно утверждать, что он лишь говорит, но не действует»^[59].

Практически сразу после реакции Трампа термин породил волну мемов, обыгрывающих аббревиатуру TACO или непосредственно саму фразу. Для создания мемов нередко применялся генеративный искусственный интеллект, с помощью которого создавались изображения и видеоролики с Трампом в ситуациях, пародирующих вирусный термин^[60][61]. В политических карикатурах пародировалась реакция Трампа на данный термин с использованием каламбуров и гротескных образов Путина и Трампа^[62].

Термин получил широкое освещение в международной прессе^[63][64][65]; фраза была переведена на эстонский (эст. Trump lööb alati vedelaks)^[66], французский (фр. Trump se dégonfle toujours)^[67], немецкий (нем. Trump macht immer einen Rückzieher)^[68], норвежский (норв. Trump trekker seg alltid)^[69], словенский (словен. Trump se vedno ustraši)^[70], испанский (исп. Trump siempre se acobarda)^[71], бразильский португальский (порт.-браз. Trump sempre amarela)^[72] и другие языки.

В эфире телешоу The View ведущие Вупи Голдберг, Джой Бехар и Ана Наварро положительно отозвались о термине TACO. Обсуждая прозвище с коллегами по программе, Наварро высказалась о причинах его популярности: «Чтобы прозвище работало, в нём должна быть доля правды — и она здесь есть: его торговая политика непоследовательна […] Кроме того, прозвище должно задевать за живое — что оно явно и делает». Ведущая Сара Хейнс отметила, что Трамп и сам регулярно прибегает к оскорбительным прозвищам в адрес неугодных ему публичных фигур. Наварро также назвала набравшее популярность прозвище «кармой» за действия Трампа в отношении Мексики в начале его второго президентского срока — в частности, за отстранение агентства Associated Press от пресс-мероприятий Белого дома из-за отказа агентства именовать Мексиканский залив «заливом Америки»^[73].